Ну вот. И все. И снова паскудное настроение, и нет интереса ни к чему. Тоска, тоска. Страх, жалость, боль. И нет их, двух милых людей. Зачем? К чему? И нет ответа, одна риторика, и снова учас, тоска, жалость… И от судьбы не уйти, и все было предопределено.
Я знал это всегда, с самого первого дня, знал, что это случиться, обязательно случиться и не избежать этого никогда и не при каких условиях.
Но верить не хотелось, даже думать не хотелось. И он знал это всегда. И вот уже полмесяца он ждал – это может случиться скоро. Теперь оно, все это случилось, и оказалось, тем не менее, неожиданным.
Страшная записка лежала на кухонном столе «Я больше не могу. Не могу. Ненавижу тебя. Ухожу. Не ищи…» Страшная еще и тем, что он не понял слова ухожу. В нем был другой смысл, жуткий, отчаянный, неизбежный. Но это потом, он, нет не понял, он просто узнал суть этого слова ухожу…
А сейчас, сейчас потрясенный он присел на табурет и бесконечно перечитывал записку, точно не мог смириться с жестоким смыслом слов. Поднималась жуткая волна ярости, она сменялась подгрудинным холодом и пустотой, и в голове не было ни одной мысли, только что, что, что же…?
«Вот и все. Жизнь кончилась»-прозвучало, простучало где-то в глубине сознания. Голову сжимало , словно стальным обручем – «…Ненавижу тебя. Ухожу…». Он машинально взял бутылку водки и наполнил стакан.
За окном уже почти смеркалось, а он все сидел перед наполненным стаканом и тихо плакал. Ему вспоминалось все, вся их короткая жизнь.
Встретились четыре года назад в чате. Смешно все получилось.
..........: 17/65/172
Ему это не сулило каких либо приятных перспектив, да еще оказалось, что собеседник из Нижнего. Где я, а где он, опять по-старому, что ли?
Он обычно врал про свои 26. Ему уже 30 стукнуло, но было ранее утро, и, то ли от бессонной ночи, то ли от сознания безнадежности ситуации , стал писать все, как есть.
Игорь: 30
Женат, есть ребенок,
Обычный, крепок самую малость.
В ответ из электрических недр сети, точно из глубины, точно гимн любви:
Возраст пустяки.
Ну и что
Да я и сам не модель
Потом полгода переписка: добрые, открытые и ласковые письма о жизни, чувствах – обо всем. ............. ворвался в его жизнь и прочно занял в ней тайное и значительное место.
Он тогда еще понял, что попался – влюблен. В его возрасте принять любовь мальчишки, пусть и в такой бесплотной, виртуальной форме, и смириться с ней было не просто, но отказаться – почти умереть. Даже представить себе невозможно: как он будет без его ласковых слов на экране монитора, наивных откровений и признаний, без ежесекундного сознания, что он у него где-то есть.
Отношения развивались так, что надо было непременно встречаться. Он страшился этой встречи и откладывал ее: придумывал командировки и разные обстоятельства. Боялся, что личное общение разрушит хрупкое разочарование их мирка, а за тем и все остальное канет в пустоту.
Однако ничего страшного не случилось. Он приехал в начале лета, и их платонические отношения существенно изменились. Боже, какие это были дни. Такое счастье он испытывал, наверное, когда должен был родиться сын. Обоим стало ясно: им вместе не просто хорошо-они любят друг-друга, и чувство это серьезное и сильное.
Когда он вернулся домой, переписка неожиданно прервалась. Игорь буквально сходил с ума: по нескольку раз на дню проверял «почтовый ящик». Без конца отправлял письма, искал его в чатах, не спал ночами…
Дней через пятнадцать прозвучало такое знакомое аськино «динь-динь»:
Я тебя слишком сильно люблю, Игорь. Не могу больше врозь… Мне больно, мне плохо… Выхода нет… Твоя семья… Лучше разорвать сейчас…
И в ответ:
............, мальчик, не уходи, не бросай, мне не жить без тебя, мы все изменим…
Потом было невыносимо тяжелое объяснение с женой… Он, как одержимый, ломал жизнь ради своего мальчика, ради .............а: разрыв с семьей, с друзьями, потеря любимой работы, презрение знакомых, ссора с родителями, и еще очень многое…- только бы быть рядом с ним каждый день и час.
В жертву тогда было принесено почти все. И, когда он переехал к нему, пришлось начинать с пустого места: комнатка в деревянном доме, колченогий диван, старенький телевизор, еще кое-какая рухлядь, и полное отсутствие привычных связей и общения.
Только какое это имело значение для них! Счастье было во всем: в поцелуях и ласках, в бесконечных разговорах и планах на будущее, в продолжительных прогулках рука об руку. Оно было в тысяче незаметных мелочей: пришить оторванную пуговицу, притащить в постель кофе и потом смотреть, как он пьет, обжигаясь, поцеловать его спящего, уходя на работу, приготовить что-нибудь вкусненькое. Он единожды отдался своему чувству и больше не задумываося ни о чем – пусть все будет, как будет. Любовь пожрала его полностью: он жил только своим .......ом, безраздельно принадлежал только ему, и ничто в мире не могло отвлечь его внимания от любви и материнской заботы об этом мальчике.
Пожалуй, только одно всегда омрачало его счастье: он молод, и, со временем, разница в возрасте будет иметь все более существенное значение. Когда-нибудь все изменится так, что его он разлюбит его, и…все кончится. Разум подсказывал, это когда-нибудь обязательно случится.
Сердце же говорило, что он его любит так сильно и преданно, что не бросит никогда. Ну и что с того, что время будет разрушать его плоть. Разве это может иметь решающее значение после всего, что вместе пережито и выстрадано – после нескольких лет самоотверженной любви? Нет, его ......... не такой! И он гнал мысли о возможной разлуке прочь.
Со временем жизнь устроилась. Дела пошли понемногу в гору. .......................... стал работать в хорошей компании. Словом «все было хорошо». Он радовался и надеялся – так будет всегда.
Тучи между тем, уже «сгущались над его головой». Когда же он это заметил? Теперь точно и не вспомнить, наверное, месяцев восемь тому назад. Ему показалось, что .............................. стал немного сдержанней в отношениях. Вроде все было, как и прежде, но непосредственность и веселая открытость его мальчика чуточку потускнели. Ночами ............................ уже не ласкал его без конца, не шептал на ухо милые глупости о своих желаниях. Бесконечные вечерние разговоры все более стал заменять телевизор. Случалось, .......................... задумывался вдруг о чем-то своем на мгновение, и в его лице появлялись чужие, незнакомые черты.
Вспоминая прошлый семейный опыт, он успокаивал себя тем, что происходящее естественно, поскольку невозможно годами жить на предельном накале страстей и чувств. Вот природа и приводит все к приемлемым формам. И это была правда. Однако правда была и в другом – с его мальчиком что-то не так. Однажды ......................., словно забывшись на минуту, заговорил о том, что хорошо бы завести ребеночка, и как бы это можно устроить, но тут же оборвал. По молчаливому взаимному согласию этой темы никогда не касались.
Тут уж он забеспокоился всерьез. Каждой клеточкой тела он ощущал надвигающуюся опасность и, помимо собственной воли, чтобы защититься, стал ее искать. Эти тайные поиски, подчас унизительные для них обоих, доставляли ему душевные страдания, дали результат. Месяца полтора назад выяснилось: у ...................... появилась женщина. Да ладно бы – девица… .................. встречался с холеной избалованной матроной лет под тридцать пять, толстоватой, с противной родинкой над верхней губой.
Он был потрясен и подавлен своим открытием. Стремление ...................... создать обычную семью и иметь детей было ему понятно и, до какой – то степени оправдывалось. Смириться с тем, что он предпочел ему эту похотливую и расчетливую жабу с родинкой над верхней губой,было совершенно невозможно. Когда он об этом думал и представлял ее в объятиях ........................, или хуже того…то приходило острое чувство обиды, становилось тягостно и гадливо, точно об него вытерли руки в городском сортире. С этим ничего нельзя было поделать.
Все разом изменилось в их жизни.Он стал неуправляемо раздражителен и придирчив:появились колкости, едва уловимые намеки и еще многое, чему не надо было появляться.
.............................., часто умудрявшийся улавливать его настроения и намерения понял – он разоблачен.
Объяснение состоялось неожиданно, недели две назад. Начал говорить …........................ Постепенно, спокойный разговор перерос в перепалку: он отбивался, а ..................... наступал:
Да, ну и что… Она хорошая… Я детей хочу… Нормально жить… Не скрываться и не скрывать…
И в ответ:
Она хитрая, злая… Поиграется и обманет…
Ну и пусть… Зато, как все…
Разговор ни чем не кончился......................... вдруг бросился к нему на грудь и зарыдал, хотел,было,что-то сказать, но не смог. Он понял: мальчик любит его, как прежде, только устал исовсем запутался. Чувство жалости и нежность горьким комком подступили к горлу. Он поцеловал его и бережно отнес на диван.
В эту ночь все было как прежде, только они любили друг друга с каким – то отчаянием, словно в последний раз. После того, как ласки утихли, ......................... пристроил голову у него на груди, так, что лица видно не было, и, промолчав несколько минут, прошептал:
Я тебя всегда буду любить… До конца, понимаешь,.................… Мне надо, чтобы ты знал…Он вслушивался в тиштну ночи и ждал, но слов больше не было. .................... едва слышно всхлипывал у него на груди.
Утром ................. был угрюм, не завтракая оделся и ушел.
Он отчетливо понял – это конец. Но не знал, какой это конец…
Последние дни они жили, будто чужие люди. Старались не сталкиватьсяч друг с другом, что было трудно, и постоянно приводило к неловким ситуациям.
Часы на стене показывали третий час ночи. Он подошел к шкафу и открыл дверцу: одежды ...................... там не было. Нахлынула усталость: все тело точно чугуном налилось, болела голова, слегка дрожали руки… Машинально улегшись на диван, он закрыл глаза. Уснуть не удавалось. Незнакомое чувство страха и беспокойства отгоняло сон, не взирая ни на что. Только перед рассветом он задремал.
Телефонный звонок разбудил его. За окном уже было светло. Сипловатый голос в трубке спрашивал:
Вы…….знаете?
Да, где он?
Трубка секунду молчала, а затем:
Где, где, у нас, в….. морге…
Способность соображать вернулась к нему только тогда, когда его подвели к телу …......................
Его мальчик лежал совершенно голый на каменном столе. На груди, против сердца, виднелось небольшое черное отверстие, скрытое запекшейся кровью.
У него не было сил ни на чт о.
Он медленно осел на колени перед каменным столом, точно перед алтарем. Его голова безвольно упала на живот …......................
Дежурный спросил сочувственноЖ
Сын?
Он на секунду задумался и ответил с расстановкой:
Да, ребенок мой…
Потом ему показали его вещи: мятый носовой платок с узелком для памяти, старенький перочинный ножик, карманную телефонную книжку и недописанное письмо.
Он,обессилевшими руками , как во сне, перебирал один предмет за другим.
В телефонной книжке была только одна запись – его рабочий номер. Один листочек был вырван… На тетрадной странице размашисто , неровным почерком было записано начало письма ему: « ..................., прости меня! Я люблю тебя. Только тебя, понимаешь… Ухожу потому, что…» На этом текст обрывался…
Он вышел на свежий воздух и остановился. Глаза смотрели в пустоту. Возвращаться было некуда, да и незачем…
Их похоронили вместе, в одной могиле. Судьба ........................ была родне безразлична, и мать Игоря категорически настояла на этом. Их отвезли на деревенское кладбище.
Рядом с могилой на березе кто-то вырезал их настоящие имена .....................и........................ Летом там то и дело появляется букетик полевых цветов,набранных наспех тут же рядом, а зимой к этому месту по снегу тянется одинокая, петляющая тропка в два следа….
Я иногда тоже приезжаю к ним. И тогда мы сидим и вспоминаем, все, вместе….
